Ящик Скиннера

Ящик Скиннера

Рефлексы главным образом связаны с внутренними физиологическими процессами в организме. Однако чаще всего нас интересует такое поведение, которое имеет определенное воздействие на окружающий мир. Оно возникает в результате столкновения человека с необходимостью решать задачи, выдвигаемые жизнью. Кроме того, его специфические характеристики также представляют интерес для теории. Последствия поведения могут играть роль обратной связи для организма. В этом случае они изменяют вероятность осуществления поведения, породившего их.

Скиннер, воодушевлённый работами Павлова, гадал, не удастся ли выработать условный рефлекс у организма в целом, а не просто у какой-то железы. Другими словами, нельзя ли сформировать вид поведения – методом, который впоследствии Скиннер назвал оперантным научением, – не являющийся рефлекторным?

Идейные предшественники

Скиннер признавал, что вначале пути на него сильное влияние оказали идеи Френсиса Бэкона (1561-1626).

Три принципа Бэкона определяли мою профессиональную жизнь.

Скиннер делал упор на тщательные лабораторные эксперименты и сбор подлежащих измерению данных о поведении. Если брать в расчёт богатство человеческой личности, то такой подход может показаться чересчур ограниченным; и всё же он является тем самым фундаментом, на котором прочно покоятся все теории Скиннера.

Дарвинизм и критерий экономности

Мысль о том, что изучение животных может пролить свет на человеческое поведение, была косвенным результатом исследований Дарвина и последующего развития эволюционной теории. Многие психологи, включая Скиннера, предполагали, что люди по своей сути не отличаются от животных.

Бихевиористы утверждают, что мы гораздо больше похожи на животных, чем нам бы этого хотелось и чем мы готовы признавать. Исследования Ллойда Моргана и Эдуарда Торндайка не подтвердили, однако, наличия у животных высших мыслительных процессов. Морган предложил критерий экономности, гласящий, что при существовании двух объяснений учёному всегда следует выбрать простое (приложение к научной методологии принципа «Бритвы Оккама».

Исследователи стали говорить о том, что поведение человека можно истолковывать с точки зрения критерия экономности, игнорируя такое мало поддающееся объяснению явление, как сознание.

Джон Б.Уотсон

Джон Б.Уотсон, общепризнанный основоположник бихевиоризма, определял бихевиоризм следующим образом:

Психология с точки зрения бихевиоризма – это сугубо объективная ветвь естественной науки. Её теоретическая цель – предсказание поведения и контроль за ним. Интроспекция и самоанализ не являются важной частью её метода… Бихевиорист, в своём стремлении открыть единую систему реакций и чувств животных, не признаёт разделения на человека и животного (1913 г.).

Уотсон утверждал, что такого понятия, как сознание, вообще не существует, всё знание зависит от внешних обстоятельств, а вся человеческая дестельность является обусловленной и предопределена этими условиями, независимо от изменений в генетической структуре. На Скиннера произвела глубокое впечатление основательность философской базы работ Уотсона, однако его самые радикальные предположения он не поддерживал.

Скиннер критиковал Уотсона за то, что тот не придавал значения генетическому фактору и стремился к широким обобщениям без достаточных экспериментальных данных. В основном Скиннер критиковал Уотсона дишь за отсутствие экспериментальных данных для его выводов, но не за то направление, в котором Уотсон работа, и не за его методы.

Павлов

Иван Павлов (1849-1936) в 1927 году провёл первое важное современное исследование в области изучения поведения. Его опыты продемонстрировали, что автономные функции могут быть условными. Павлов показал, что слюноотделение может быть вызвано иными стимуляторами, нежели еда. Стимулятором может быть, например, звонок колокольчика.

Павлов не только наблюдал и предсказывал поведение, которое изучал, но и мог по собственному желанию его моделировать. Тем не менее, как указывал Скиннер, исследования Павлова имели очень узкую сферу применения.

При том что остальные экспериментаторы, работавшие с животными, довольствовались лишь статистическими результатами, позволяющими говорить о вероятности появления того или иного вида поведения, открытие Павлова, вышедшего за пределы предсказания и приступившего к контролю, привело Скиннера в восторг. Работы Павлова подтолкнули Скиннера к тщательно контролируемым и фиксируемым лабораторным экспериментам над животными. Путём ограничения условий внешней для животного среды Скиннер выяснил, что может достигать для разных особей практически абсолютно идентичных результатов.

Скиннер утверждал, что если пользоваться такими методами, то результаты психологических исследований могут в конечном счёте перейти из разряда вероятностных величин в разряд точных.

Ящик Скиннера

Однажды случилось так, что уезжавший коллега отдал своих крыс Скиннера. Тот посадил животных в свои ящики. Тогда всё и началось. Годы исследований показали, что крысы быстро научаются нажимать на рычаг, если за это они поощряются пищей. Таким образом, если Павлов сосредоточил внимание на реакции животного в ответ на предупреждающий стимул – звонок, Скиннер изучал поведение животных, возникающее как следствие предварительно совершаемого действия и только потом поощряемое получением пищи.

Продемонстрировав, что его грызуны способны, случайно нажав на рычаг и получив за это немного корма, превратить случайность в намеренное действие, основанное на прежнем опыте, он начал менять регулярность выдачи поощрения; в результате Скиннер открыл воспроизводимые универсальные законы поведения, не опровергнутые и по сей день.

Например, после того как крыса постоянно получала поощрение за каждое нажатие рычага, вводилась так называемая схема подкрепления с фиксированными интервалами. Согласно этому сценарию, животное получало лакомство только после трёх нажатий на рычаг…или пяти…или двадцати. Вероятность получения подкрепления меняет характер реакции животного.

Подсоединив к клетке записывающее устройство, Скиннер смог наглядно зафиксировать, сколько времени требуется крысе на то, чтобы научиться правильному отклику, когда каждое нажатие рычага поощряется, и через сколько времени после резкого прекращения подкрепления реакция угаснет. Возможность точно измерять интервалы времени в случаях применения различных схем дала Скиннеру количественные данные, позволившие понять, как организмы учатся и как можно контролировать и предсказывать исход обучения.

Он изучал поведение животных при регулярном поощрении и при нерегулярном и обнаружил, что в последнем случае рефлекс труднее всего разрушить. Скиннер неожиданно получил возможность понять и объяснить странности поведения не только крыс, но и людей: почему мы совершаем глупости, даже не получая постоянного поощрения за них, почему ваша лучшая подруга не отходит от телефона в надежде, что её бойфренд вдруг проявится доброту и позвонит. Скиннер мог показать вероятность нерациональной навязчивой тяги к чему-то.

Используя бихевиористские методы Скиннера, его последователи сумели научить кролика брать в рот монету и бросать её в копилку.

От программируемого обучения до компьютерных игр

Исследования над животными натолкнули Скиннера ни идею программируемого обучения. В своём первоначальном виде оно выглядело следующим образом: студент садился у обучающей машины, на экране перед его глазами появлялось задание. Студент активно реагировал (писал, нажимал на кнопку и т.п.). После выполнения задания ему сообщали правильные реакции и просили самому проверить, насколько его собственная реакция соответствовала верной. Обратная связь возникала раньше, чем на экране машины появлялось следующее задание. В каждом случае студенту показывали, какой должна были быть реакция. Опыты показали, что люди обучаются гораздо легче и быстрее, когда в ходе обучения им обеспечивается мгновенная и точная обратная связь с их успехами.

Основные гипотезы, возникшие в ходе изучения запрограммированного обучения:

  • Скорость обучения возрастает, если материал представлен в виде дискретных частей.
  • Обучающийся должен реагировать.
  • Наказание не ведёт к более успешному обучению.

Медлительный студент избавляется от наказания, которое неминуемо грозит ему, если его принуждают переходить к изучению материала, к которому он ещё не готов, в то время как быстро схватывающему студенту не приходится скучать – ничто не сдерживает его темпов обучения.

Скиннер не предвосхитил очередной шаг в развитии программируемого обучения, основанного на компьютерных технологиях, – подачу материала в игровой форме. Например, игра, которая учит печатать на машинке: студент печатает слова, они превращаются в ракеты и поражают вражеские космические корабли.По мере того как навыки совершенствуются, студенту требуется печатать всё более и более длинные слова во всё более короткие промежутками времени. На основе опытов Скиннера над крысами и голубями возникла многомиллиардная отрасль промышленности. Данные опыты спонсировались Министерством обороны в период Второй мировой войны. Ирония судьбы заключается в том, что открытое Скиннером «программируемое обучение» привело к появлению компьютерных игры – симуляторов войн, стрельбы и т.д.

Подобно крысе Скиннера, игроков поощряют виртуальным кормом. Прям своего рода Виртуальный ящик Скиннера. Ведь больше всего затягивают элементы, построенные на простом факте: «Ваш мозг принимает игровые предметы за настоящие». И подначивания («ты потратил все это время на меч, которого даже не существует?») ещё больше заставляют игроков “жать на педаль”.

Оценка

Бихевиоризм Скиннера используется для разработки новых методов лечения и обучения. Влияние его идей привлекло к изменению программ в университетах, тюрьмах, психиатрических клиниках, больницах, начальных школах. Было даже создано несколько экспериментальных обществ, пытавшихся реализовать на практике идеи, изложенные в книге «Второй Уолден».

Точно так же, как мысль Фрейда о том, что все мы аморальны, что нашими поступками руководят похоть и жадность, шокировала поколение викторианцев, так и утверждение Скиннера, что мы существа аморальные, действующие под влиянием внешних обстоятельств, возмутило поколение индивидуалистов, взращённых на идее восхищения личным выбором и личной независимости.